Рекомендации для адвокатов

Допросам и обыскам в своем помещении адвокат может противопоставить только свое грамотное поведение, которое позволит отстоять его собственные интересы и интересы его доверителей и впоследствии отменить акты, вынесенные с нарушением закона.

Прочитали в «АГ» № 6 (119) статью Олега Бибика «“Достаточные данные”. Особенности адвокатского обыска»: для автора и других ивановских адвокатов обыск у адвоката стал событием, выходящим из ряда нормальных. К сожалению, у нас, в Санкт-Петербурге, обыски в адвокатских образованиях и адвокатских помещениях, а тем более вызовы адвокатов на допросы происходят регулярно. Настолько, что во время учебы адвокатов мы вынуждены читать правила поведения адвоката при вызове на допрос и при производстве у него обыска. Материал учебного курса предлагаем вниманию читателей газеты.

Наступление на адвокатские права и свободы
В последние годы идет планомерное наступление правоохранительных органов на адвокатские права и свободы. Казалось бы, статьей 447 УПК РФ адвокат отнесен к специальным субъектам, в отношении которых предусмотрены повышенные гарантии от следственных действий. В частности, адвокат не может быть признан подозреваемым по делу и следствие в отношении него может вестись только в случае его обвинения. Адвокат, как указано в УПК РФ и Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», не может быть допрошен об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Следственные и иные процессуальные действия, осуществляемые в отношении адвоката, если уголовное дело в отношении него не было возбуждено или он не был привлечен в качестве обвиняемого, производятся только с согласия суда (ст. 450 УПК РФ), и при этом уголовно-процессуальный закон не делает различий между производством следственных действий в офисе либо в жилище адвоката.

Эти абсолютные гарантии были поставлены под сомнение рядом решений Конституционного Суда РФ, первым из которых было определение КС РФ от 6 марта 2003 г. № 108-О по жалобе гражданина Г.В. Цицкишвили. Согласно этому решению адвокат может быть допрошен судом по процессуальным вопросам по просьбе его клиента и при обязательном согласии самого адвоката. Смысл, заложенный Конституционным Судом РФ в этом решении, остался неизменным и в последующих решениях Конституционного Суда РФ. Допрос адвоката возможен только в целях обеспечения интересов его клиента, но никак не в иных целях.

Однако это определение, а за ним и другие решения породили многочисленные вызовы на допрос адвокатов не только судом, но и следствием и безо всякого согласия на это адвоката. И судьи, и следователи стали считать, что одного лишь согласия клиента, нередко данного под нажимом следствия, достаточно для допроса адвоката. При этом вопросы, которые задают адвокату, зачастую выходят за рамки собственно ведения процесса следствием и направлены не на защиту клиента, а на его обвинение.
Суды по запросу следователей излишне легко дают согласие на обыски в помещениях, занимаемых адвокатами (квартиры, офисы и т.п.), причем судам известно, что обыскиваемые адвокаты ни в каких противоправных действиях не обвиняются, а выполняли поручения на защиту интересов клиентов.

В соответствии со ст. 182 УПК РФ основанием для производства обыска является наличие достаточных (для следователя) данных полагать, что в адвокатском офисе либо в квартире (машине, гараже, даче) адвоката могут находиться предметы и документы, которые могут иметь значение для уголовного дела. Естественно, у адвоката в силу его обязанностей по защите интересов клиента таковые имеются, а ограничения, которые, по мысли законодателя, должны быть поставлены судом, не работают.
Полный текст статьи читайте в печатной версии "АГ" № 12, 2012 г.