Как стало известно «АГ», Конституционный Суд принял к рассмотрению жалобу адвоката, поданную в интересах его доверителя, на ч. 6 ст. 14 Закона о цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ.

Решением Савеловского районного суда г. Москвы от 13 ноября 2023 г. Дмитрию Тимченко было отказано в удовлетворении исковых требований, предъявленных к Николаю Шумакову о возвращении цифровой валюты. Основанием для отказа явился довод суда о нарушении Дмитрием Тимченко требования об информировании государства о факте обладания и приобретения цифровой валюты и сделках с ней, что в соответствии с положением ч. 6 ст. 14 Закона о ЦФА влечет за собой отказ в судебной защите требований, связанных с цифровой валютой. Данный вывод был поддержан вышестоящими инстанциями, а ВС РФ отказал в рассмотрении кассационной жалобы.

Представитель истца, управляющий партнер АБ Right Side Марат Аманлиев подал жалобу в КС РФ (есть у «АГ»), в которой указал, что ч. 6 ст. 14 Закона о ЦФА противоречит Конституции ввиду того, что вводит неравенство между правовым регулированием судебной защиты требований собственников, связанных с обладанием цифровой валютой, перед другими собственниками любого иного имущества; лишает правовой охраны частную собственность в отношении собственников цифровой валюты, поскольку право частной собственности неразрывно связано с судебной защитой собственности.

В жалобе отмечено, что формулировка нормы права «подлежит судебной защите только при условии информирования о фактах обладания цифровой валютой» является антиконституционным проявлением безосновательного ограничения фундаментального конституционного права на судебную защиту, поскольку вводит некоторые обстоятельства и условия, только при соблюдении которых лицо может рассчитывать на возможность реализации конституционного права на судебную защиту, тогда как конституционное право на судебную защиту является безусловным и не может ставиться в зависимость от исполнения каких-либо административно-регламентных обязательств по информированию органов государственной власти об обладании имуществом и совершении сделок с ним.

Отдельно адвокат обратил внимание КС на то, что требование об информировании государства о фактах обладания цифровой валютой невыполнимо в настоящий момент времени ввиду отсутствия утвержденного ФНС России, Правительством РФ и ЦБ РФ порядка такого информирования, «установленного законодательством Российской Федерации о налогах и сборах». Кроме того, в отсутствие установленного порядка информирования государства о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок или операций с ней, установленного законодательством РФ о налогах и сборах, не обеспечивается сохранение налоговой тайны, установленной ст. 102 НК, в отношении лиц, обладающих цифровой валютой и сообщивших о таком факте обладания, поясняется в жалобе.

Как указал Марат Аманлиев, цифровая валюта является единственным видом имущества в российском законодательстве, требования, связанные с обладанием которой подлежат судебной защите только при соответствующем условии. Он также подчеркнул, что пояснительная записка к законопроекту, когда Закон о ЦФА только вносился на рассмотрение в Госдуму, не содержит каких-либо пояснений, как неинформирование о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок с ней ставит под угрозу основы конституционного строя, нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, обеспечение обороны страны и безопасность государства.

В жалобе подчеркивается, что в рамках действующего российского законодательства существуют единственный случай, обстоятельство и условие, при котором требования лиц не подлежат судебной защите, – злоупотребление правом. Даже при установлении недобросовестности действий лица, предъявившего свое требование к судебной защите, оно может быть лишено такой судебной защиты лишь частично, и в каждом конкретном случае это решается судом. Неинформирование же госорганов о фактах обладания цифровой валютой не может рассматриваться как действие с намерением причинить вред другому лицу, действием в обход закона с противоправной целью и заведомо недобровсовестным осуществлением гражданских прав как таковым.

Кроме того, адвокат подчеркнул, что в текущих экономических реалиях, когда Россия оказалась под давлением 7116 санкций, именно владельцы цифровой валюты стали непосредственными участниками внешнеэкономической деятельности, чья ликвидность в цифровой валюте позволяет экономике РФ функционировать непрерывно, обеспечивая взаиморасчеты бизнеса различного уровня – от мелкого и среднего до крупнейший холдингов. С учетом значимости цифровой валюты в текущих экономических реалиях судебная защита требований лиц, связанных с обладанием цифровой валютой, должна быть безусловной, считает заявитель.

В сентябре Конституционный Суд принял данную жалобу к рассмотрению.

В комментарии «АГ» Марат Аманлиев отметил, что Конституция РФ в равной степени гарантирует право собственности, право на судебную защиту и равенство всех перед законом. Иными словами, нет менее защищенных Конституцией владельцев одного имущества по сравнению с другими собственниками имущества. Как пояснил адвокат, в 2020 г. Законом о ЦФА цифровую валюту признали имуществом и отнесли к объектам гражданских прав. Вместе с тем, подчеркнул он, законодатель ввел ограничение права на судебную защиту требований владельцев цифровой валюты только в случае, если они информировали государство о фактах обладания цифровой валютой и совершения сделок и транзакций с ней.

«Ни один вид имущества в России не урегулирован так в части судебной защиты. Человеку не нужно информировать государство о покупке автомобиля, стула, стола, одежды, чтобы впоследствии рассчитывать на предоставление судебной защиты на это имущество. Такой подход антиконституционен сам по себе, поскольку ставит владельцев цифровой валюты в неравное положение с остальными собственниками какого-либо имущества. Кроме того, не принят тот самый порядок, согласно которому необходимо информировать государство о фактах обладания цифровой валютой и совершения транзакций и сделок с ней. Гражданин не сможет исполнить это требование, даже если очень захочет, чтобы получить судебную защиту своих прав на цифровую валюту», – прокомментировал адвокат.

Марат Аманлиев полагает, что правовое регулирование судебной защиты прав на цифровую валюту должно быть приведено в соответствие с Конституцией, т.е. оспариваемая норма должна быть признана недействующей с момента принятия, и все дела, по которым истцы получили отказ в судебной защите, должны быть пересмотрены. Адвокат подчеркнул, что право на судебную защиту – важнейшее из гарантированных Конституцией прав и оно не подлежит умалению ни в каком проявлении. Конституционные права могут ограничиваться федеральными законами, но только в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, добавил Марат Аманлиев.

«Если законодатель как-то хочет регулировать вопросы информирования о фактах обладания цифровой валютой, то речь может идти только об установлении ответственности за неинформирование, будь то административный штраф или уголовное преследование. Но ограничение права на судебную защиту прав в отношении цифровой валюты откровенно противоречит Конституции и является избыточным, суровым и несопоставимым. Полагаю, такое регулирование можно даже назвать отечественным правовым “ноу-хау”, поскольку оно является уникальным в своем роде», – полагает адвокат.

Адвокат КА «Хмыров, Валявский и Партнеры» Никита Карпович считает жалобу обоснованной и поддерживает данное обращение: «Конституционному Суду действительно стоит проверить соответствие оспариваемой нормы Конституции РФ, поскольку сложившаяся правоприменительная практика демонстрирует противоречие между принципом безусловного права на судебную защиту и ограничениями, введенными Законом о ЦФА».

Никита Карпович отметил: из материалов дела следует, что именно ссылка на ч. 6 ст. 14 Закона о ЦФА послужила основанием для отказа в судебной защите требований истца, связанных с владением цифровой валютой. При этом истец представил суду документ, подтверждающий законность приобретения цифрового актива, – договор купли-продажи цифровой валюты. Адвокат обратил внимание, что суд не установил противоправность владения, однако все равно отказал в защите, сославшись исключительно на отсутствие уведомления налоговых органов. Более того, в решении суда не установлено и не исследовано, куда именно делась цифровая валюта в размере 1000 USDT, переданная ответчику, что оставило ключевой факт без правовой оценки и породило сомнения в полноте рассмотрения дела.

«Безусловно, обеспечение прозрачности оборота цифровых активов и налогового контроля является значимой задачей государства, однако ограничение доступа к правосудию не может служить средством ее реализации. Порядок информирования о владении цифровой валютой до настоящего времени не урегулирован, и фактически исполнить такую обязанность невозможно. В результате владельцы цифровых активов оказываются в состоянии правовой неопределенности и поражения в правах по сравнению с иными собственниками имущества. Если законодательная конструкция действительно ущемляет конституционные права граждан, противоречие должно быть устранено, а гарантии судебной защиты восстановлены в полном объеме», – считает Никита Карпович.

Председатель Совета МКА «Андреев, Каганский, Гузенко и Партнеры» Андрей Андреев подчеркнул, что проблема, поднятая в жалобе, представляет значительный интерес и является крайне актуальной. Он указал, что на сегодняшний день цифровая валюта фактически выступает новым видом имущества, участвующим в гражданском обороте, однако правовой режим ее защиты пока остается фрагментарным и противоречивым. По мнению эксперта, оспариваемая норма фактически ставит возможность судебной защиты в зависимость от исполнения обязанности по уведомлению государства, что вызывает вопросы с точки зрения принципов равенства перед законом и безусловного характера права на судебную защиту, закрепленного в ст. 46 Конституции РФ. «В современных экономических условиях, когда цифровые активы активно используются в хозяйственной деятельности, подобное ограничение может привести к правовой неопределенности и неравенству в защите имущественных интересов граждан. Поэтому рассмотрение данной жалобы КС РФ будет своевременным шагом, способным прояснить конституционно-правовые границы регулирования цифровых активов и укрепить гарантии прав владельцев цифровой валюты», – полагает адвокат.

Советник ФПА РФ – руководитель цифровой трансформации адвокатуры России Елена Авакян считает, что положение Закона о ЦФА, отказывающее в судебной защите лицам, незадекларировавшим свое владение цифровой валютой, носит очевидно дискриминационный характер и ограничивает права собственности этих лиц. Однако, заметила она, очевидны и причины такого регулирования: не имея возможности каким-либо образом контролировать процесс возникновения, переход прав и подтверждение «владения» криптовалютой, монетарные власти применили к ней те же стандарты, что и к обязательствам, вытекающим из игр и пари. «Предполагалось, что это позволит государству уклониться от необходимости формировать правовое регулирование для отношений, возникающих вне его юрисдикции, в космополитичном, надмирном пространстве публичных трансграничных блокчейнов», – пояснила эксперт.

Елена Авакян полагает, что отсутствие порядка декларирования связано с невозможностью предусмотреть механизм верификации задекларированной информации со стороны государства – в публичном блокчейне нет лица, обязанного отвечать на запросы и подтверждать подлинность сообщенных заявителем сведений. «Отсутствие судебной защиты приводит в тому, что никакие обязательства по сделкам не обеспечиваются принудительной силой государства, а значит, добросовестность сторон является единственной гарантией исполнения сделок (за исключением сделок, исполняемых платформами на условиях поставки против платежа), что приводит к несоразмерным рискам утраты имущества, нестабильности гражданского оборота и беззащитности собственников криптовалют перед мошенничеством», – резюмировала советник ФПА.

16 октября 2025, «АГ», Анжела Арстанова