Предоставление помощи адвоката (защитника) не связано с формальным признанием лица подозреваемым либо обвиняемым

Статья 48 Конституции РФ гласит: «Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения». В ст. 49 УПК РФ перечислены условия, с которыми законодательство связывает момент привлечения защитника. Так, в ней отмечено, что защитник может участвовать в уголовном деле с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях, предусмотренных ст. 91 УПК РФ (например, когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения).

Момент фактического задержания согласно УПК РФ – это момент производимого в порядке, установленном Кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления. Другими словами, момент, когда гражданин лишается возможности по своему усмотрению свободно передвигаться без разрешения уполномоченных органов.

Вопрос о реализации права на защитника с момента фактического задержания неоднократно обращал на себя внимание как практикующих юристов, так и судебных инстанций. Еще до введения действующего УПК РФ Конституционный Суд РФ в постановлении от 27 июня 2000 г. № 11-П сформулировал позицию, согласно которой Конституция РФ, закрепляя обозначенное в ст. 48 право, не связывает предоставление помощи адвоката (защитника) с формальным признанием лица подозреваемым либо обвиняемым, а следовательно, и с моментом принятия какого-либо процессуального акта органом дознания, следствия или прокуратуры.

В других, более поздних, определениях Конституционного Суда РФ подчеркивалось, что норма ч. 1 ст. 92 УПК РФ, содержащая требование разъяснить подозреваемому его права не позднее чем при составлении протокола задержания, не лишает задержанного права на обращение к адвокату (защитнику) за юридической помощью с момента фактического задержания или иного реального ограничения прав (см., например, определения от 20 июня 2006 г. № 234-О, от 17 ноября 2011 г. № 1579-О-О).

Однако, по нашему мнению, именно ч. 1 ст. 92 УПК РФ вносит неясность в вопрос о реализации права подозреваемого на защитника. В ней сказано: «После доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса». Построение нормы таким образом создает ошибочное впечатление, что возможность ознакомления со всеми без исключения правами, среди которых и право на защитника, и их реализации возникает у подозреваемого с момента составления протокола задержания, несмотря на то что между данной процедурой и фактическим задержанием может пройти достаточно длительное время.

Действительно, ст. 46 содержит перечень прав подозреваемого. Но они не сгруппированы по времени возникновения. Это обстоятельство и является, на наш взгляд, причиной неоднозначного толкования существующих положений. Можно привести простой пример: право на получение копии протокола задержания, в отличие от права на защитника, можно реализовать лишь после составления протокола.
Основные права, в том числе и право на обращение к защитнику, должны быть разъяснены уже в момент фактического задержания. В данном случае наглядным примером может быть Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», в п. 2 ч. 4 ст. 5 которого отмечено, что сотрудник полиции в случае применения к гражданину мер, ограничивающих его права и свободы, обязан разъяснить ему причину и основания их применения, а также возникающие в связи с этим права и обязанности гражданина.

Таким образом, для более корректного отображения существующих требований и исключения нарушений прав человека ч. 1 ст. 92 УПК РФ можно представить в следующем виде: «После доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что при задержании подозреваемому разъяснены причина и основания задержания, а также возникающие в связи с этим права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса. Права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса, возникновение которых отнесено ко времени составления протокола задержания, разъясняются в момент его составления, о чем также делается соответствующая отметка».
С полным текстом статьи можно ознакомиться в печатной версии «АГ» № 15 за 2016 г.